Лазерный уровень и фонтан в ванной, или Хроники одной полки
Юморные рассказы

Всё началось с того, что Лена сказала:
— Полка в ванной отваливается. Купи новую и повесь.
Я подошёл к вопросу ответственно. Полка — это не просто кусок стекла на трёх кронштейнах. Это инфраструктурный объект. От него зависит эргономика пространства, доступ к шампуням и, в конечном счёте, утреннее настроение всей семьи. Я достал блокнот и составил план.
Этап 1. Инструменты. Дрель у меня была, но сверло по плитке — нет. И уровень, который показывал ровно, тоже куда-то делся — то ли Васька стащил, то я его в прошлом году на даче оставил. В общем, надо ехать в магазин.
Этап 2. Крепёж. Плитка в ванной — глазурованная, 20×20, уложена, судя по швам, либо профессионалами, либо людьми в состоянии сильного оптимизма. Значит, нужны специальные дюбели для плитки, с распорным механизмом и, желательно, с паспортом надёжности.
Этап 3. Время. Только воскресенье, только после завтрака, только когда я высплюсь и буду спокоен, как удав перед броском.
Лена выслушала мой план, посмотрела на меня и сказала:
— Ты бы ещё бизнес-план на три года составил. Просто купи полку и прикрути.
— Нельзя просто прикрутить, — объяснил я. — Это же инженерия. Один неверный миллиметр — и всё рухнет.
Лена ушла на кухню. Я поехал в строительный магазин.
Там я провёл два часа. Два часа! Я выбирал уровень так, будто от него зависела судьба международной космической станции. Взял лазерный, с самовыравниванием, потому что пузырьковый — это прошлый век, а мне нужна была абсолютная истина. Сверло по плитке я выбирал по принципу «чтобы входило как в масло, но не крошило». Продавец, молодой парень с бейджиком «Станислав, эксперт», убедил меня, что лучшие дюбели — это те, у которых на упаковке нарисован бульдозер. «Они выдерживают нагрузку до ста килограммов, — сказал Станислав. — Этой полке ничего не будет. Даже если вы на неё сядет». Я купил дюбели с бульдозером.
Ещё я купил водоотталкивающую смазку для сверла, малярный скотч, чтобы отметить глубину, и новые насадки для шуруповёрта — старые уже немного слизывались. На кассе пробили чек на четыре с лишним тысячи. Я смотрел на него и думал: это инвестиция в надёжность. Полка простоит сто лет. Потом я добавлю к ней музейную табличку.
Дома я разложил инструменты, надел беруши (соседи сверлили в прошлый раз так, что у нас посыпалась штукатурка, я не хотел создавать конфликтов), приставил лазерный уровень, отметил первые две дырки. Дышал глубоко и размеренно, как перед прыжком с парашютом. Взял дрель, включил режим «без удара», приставил сверло к отметке.
Первая дырка пошла как по маслу. Плитка поддалась без сколов, сверло углубилось, я почувствовал, как оно вошло в бетон. Красота. Я убрал сверло, выдул пыль, вставил дюбель с бульдозером, аккуратно закрутил.
Перешёл ко второй дырке. Сделал всё то же самое. Сверло вошло в плитку, прошло её, уткнулось в пустоту, и вдруг из стены с весёлым шипением брызнула вода. Струя была такой плотной, что я сначала не понял, что происходит. Я подумал: может, это конденсат? Или я пробил какую-то полость, где скопилась влага? Но вода не прекращалась. Она била прямо в стену напротив, разбрызгивалась по кафелю, стекала на пол и уже через несколько секунд образовала лужицу, которая стремительно росла.
— Лена! — закричал я. — У нас фонтан!
Лена прибежала, посмотрела, потом посмотрела на меня, потом на фонтан, потом снова на меня.
— Ты куда сверлил? — спросила она спокойно, как спрашивают человека, который только что поджёг кухню.
— По отметке! — сказал я, затыкая отверстие пальцем. Вода была холодная, напор сильный, палец выталкивало. — Я же по отметке!
— Ты знал, где проходят трубы?
— Я думал, они ниже!
— Они идут вертикально от стояка. Ты сверлил прямо над стояком.
— Я не знал, что над стояком!
— Ты мог бы спросить у сантехника, когда он приходил счётчики менять.
— Он не говорил, где трубы!
— Он говорил. Ты не слушал.
Палец уже затекал. Я попросил Лену найти, чем перекрыть воду. Лена ушла, а я стоял с пальцем в стене, чувствуя, как вода стекает по рукаву футболки, и думал о том, что инженерный подход, оказывается, требует не только идеальных инструментов, но и хотя бы приблизительного знания гидравлики.
Вода перекрылась через семь минут. За это время успел затопиться пол в ванной, вода просочилась через перекрытие и, как позже выяснилось, залила соседей снизу — полностью, всю ванную и половину прихожей. Соседка снизу, пенсионерка с характером начальника ЖЭКа, позвонила через три минуты после того, как я убрал палец из стены.
— У вас потоп! — сказала она голосом, который не предвещал ничего, кроме выставления счёта.
Я вызвал сантехника. Сантехник приехал через час, посмотрел на стену, на дыру, из которой торчало моё злополучное сверло, на дорогой лазерный уровень, аккуратно стоящий на стиральной машине, и спросил:
— Это вы тут планировали полку повесить?
— Да, — сказал я.
Сантехник вздохнул. В его вздохе была многовековая мудрость людей, которые каждый день исправляют последствия чужого инженерного гения. Он вскрыл стену перфоратором (я даже не знал, что у него есть перфоратор), нашёл повреждённую трубу, заменил участок, заделал отверстие. Работа заняла полтора часа. Стоимость — пять тысяч рублей плюс материал.
— За соседей не переживайте, — сказал он, упаковывая инструмент. — Я им тоже все починю. За отдельную плату.
— А полка? — спросил я, глядя на зияющую дыру в стене.
— Какая полка? — сантехник посмотрел на меня, как на человека, который только что пробил трубу и теперь спрашивает про полку. — Полку вы теперь туда не повесите. Там заплатка. Сверлить нельзя.
— А как же?
— На жидкие гвозди приклейте. Она ж лёгкая. Стекло, три кронштейна. Жидкие гвозди выдержат. Не надо было сверлить вообще.
Я посмотрел на коробку с жидкими гвоздями, которые я тоже купил в магазине — на всякий случай, потому что системный подход требовал запаса. Они лежали рядом с дюбелями с бульдозером. Я заплатил сантехнику, внес предоплату за ремонт квартиры соседки, приклеил полку на жидкие гвозди. Полка встала ровно, красиво, без единого сверла. Лена поставила на неё шампуни, гели, баночки. Я смотрел на своё творение и чувствовал себя победителем. Не тем, который пробил трубу, а тем, который нашёл элегантное решение.
Ровно через неделю я зашёл в ванную и увидел полку, лежащую на полу. Шампуни и гели разлились, образовав на кафеле маслянистое озеро. Жидкие гвозди, как выяснилось, не любят влажность. Они отклеились ровно по периметру, оставив на стене два аккуратных следа, похожих на прощальный привет от производителя.
Лена вошла, посмотрела на разгром, потом на меня.
— Ты что, даже клеить нормально не умеешь?
— Я клеил по инструкции! — сказал я. — Там было написано: прижать на 30 секунд. Я прижимал минуту!
— Надо было прикрутить, — сказала Лена. — Но теперь уже нельзя, потому что труба.
— А что делать?
— Я сама сделаю.
Она ушла, а через час вернулась с коробкой. В коробке было настенное зеркало с полкой. Компактное, белое, с двумя полозьями и, главное, с уже готовыми отверстиями под саморезы. Лена взяла дрель, перекрыла воду в стояке на всякий случай (я даже не знал, что она умеет это делать), просверлила две дырки в новом месте — подальше от злополучной трубы, забила простые пластиковые дюбели, которые продаются в любом ларьке, и прикрутила зеркало. Всё это заняло двадцать минут.
Зеркало висит уже полгода. Оно не упало, не отклеилось и, кажется, даже не собирается. На его полке теперь стоят флаконы Лены, моя пена для бритья и зубная паста Мишки. А я каждый раз, заходя в ванную, смотрю на заплатку в стене, которую оставил после себя сантехник, и вспоминаю свой системный подход.
Я применил инженерный подход к полке, а полка применила ко мне гидроудар. Я потратил четыре тысячи на инструменты, пять на сантехника, три на ремонт соседке и полдня на героическую эпопею с водой. В результате теперь в ванной висит зеркало Лены, а я сантехникам должен за то, что они не смеялись мне в лицо, хотя очень хотелось.
Лена, кстати, когда вешала зеркало, спросила:
— А где твой лазерный уровень?
— В коробке, — сказал я.
— Дай сюда.
Я дал. Она приложила уровень, выровняла зеркало за три секунды, затянула саморезы и убрала уровень обратно в коробку. Теперь он лежит там рядом с дюбелями с бульдозером, водоотталкивающей смазкой и новыми насадками для шуруповёрта. Полный набор для следующего грандиозного проекта.
Я уже знаю, что когда Лена попросит повесить что-нибудь ещё, я скажу: «Дорогая, у тебя так здорово получается. Может, ты сама?» Она посмотрит на меня, вздохнёт и сделает. Потому что в нашем доме теперь есть только один системный менеджер по навесному оборудованию, и это не я.
Так-то.

Всё началось с того, что Лена сказала:
— Полка в ванной отваливается. Купи новую и повесь.
Я подошёл к вопросу ответственно. Полка — это не просто кусок стекла на трёх кронштейнах. Это инфраструктурный объект. От него зависит эргономика пространства, доступ к шампуням и, в конечном счёте, утреннее настроение всей семьи. Я достал блокнот и составил план.
Этап 1. Инструменты. Дрель у меня была, но сверло по плитке — нет. И уровень, который показывал ровно, тоже куда-то делся — то ли Васька стащил, то я его в прошлом году на даче оставил. В общем, надо ехать в магазин.
Этап 2. Крепёж. Плитка в ванной — глазурованная, 20×20, уложена, судя по швам, либо профессионалами, либо людьми в состоянии сильного оптимизма. Значит, нужны специальные дюбели для плитки, с распорным механизмом и, желательно, с паспортом надёжности.
Этап 3. Время. Только воскресенье, только после завтрака, только когда я высплюсь и буду спокоен, как удав перед броском.
Лена выслушала мой план, посмотрела на меня и сказала:
— Ты бы ещё бизнес-план на три года составил. Просто купи полку и прикрути.
— Нельзя просто прикрутить, — объяснил я. — Это же инженерия. Один неверный миллиметр — и всё рухнет.
Лена ушла на кухню. Я поехал в строительный магазин.
Там я провёл два часа. Два часа! Я выбирал уровень так, будто от него зависела судьба международной космической станции. Взял лазерный, с самовыравниванием, потому что пузырьковый — это прошлый век, а мне нужна была абсолютная истина. Сверло по плитке я выбирал по принципу «чтобы входило как в масло, но не крошило». Продавец, молодой парень с бейджиком «Станислав, эксперт», убедил меня, что лучшие дюбели — это те, у которых на упаковке нарисован бульдозер. «Они выдерживают нагрузку до ста килограммов, — сказал Станислав. — Этой полке ничего не будет. Даже если вы на неё сядет». Я купил дюбели с бульдозером.
Ещё я купил водоотталкивающую смазку для сверла, малярный скотч, чтобы отметить глубину, и новые насадки для шуруповёрта — старые уже немного слизывались. На кассе пробили чек на четыре с лишним тысячи. Я смотрел на него и думал: это инвестиция в надёжность. Полка простоит сто лет. Потом я добавлю к ней музейную табличку.
Дома я разложил инструменты, надел беруши (соседи сверлили в прошлый раз так, что у нас посыпалась штукатурка, я не хотел создавать конфликтов), приставил лазерный уровень, отметил первые две дырки. Дышал глубоко и размеренно, как перед прыжком с парашютом. Взял дрель, включил режим «без удара», приставил сверло к отметке.
Первая дырка пошла как по маслу. Плитка поддалась без сколов, сверло углубилось, я почувствовал, как оно вошло в бетон. Красота. Я убрал сверло, выдул пыль, вставил дюбель с бульдозером, аккуратно закрутил.
Перешёл ко второй дырке. Сделал всё то же самое. Сверло вошло в плитку, прошло её, уткнулось в пустоту, и вдруг из стены с весёлым шипением брызнула вода. Струя была такой плотной, что я сначала не понял, что происходит. Я подумал: может, это конденсат? Или я пробил какую-то полость, где скопилась влага? Но вода не прекращалась. Она била прямо в стену напротив, разбрызгивалась по кафелю, стекала на пол и уже через несколько секунд образовала лужицу, которая стремительно росла.
— Лена! — закричал я. — У нас фонтан!
Лена прибежала, посмотрела, потом посмотрела на меня, потом на фонтан, потом снова на меня.
— Ты куда сверлил? — спросила она спокойно, как спрашивают человека, который только что поджёг кухню.
— По отметке! — сказал я, затыкая отверстие пальцем. Вода была холодная, напор сильный, палец выталкивало. — Я же по отметке!
— Ты знал, где проходят трубы?
— Я думал, они ниже!
— Они идут вертикально от стояка. Ты сверлил прямо над стояком.
— Я не знал, что над стояком!
— Ты мог бы спросить у сантехника, когда он приходил счётчики менять.
— Он не говорил, где трубы!
— Он говорил. Ты не слушал.
Палец уже затекал. Я попросил Лену найти, чем перекрыть воду. Лена ушла, а я стоял с пальцем в стене, чувствуя, как вода стекает по рукаву футболки, и думал о том, что инженерный подход, оказывается, требует не только идеальных инструментов, но и хотя бы приблизительного знания гидравлики.
Вода перекрылась через семь минут. За это время успел затопиться пол в ванной, вода просочилась через перекрытие и, как позже выяснилось, залила соседей снизу — полностью, всю ванную и половину прихожей. Соседка снизу, пенсионерка с характером начальника ЖЭКа, позвонила через три минуты после того, как я убрал палец из стены.
— У вас потоп! — сказала она голосом, который не предвещал ничего, кроме выставления счёта.
Я вызвал сантехника. Сантехник приехал через час, посмотрел на стену, на дыру, из которой торчало моё злополучное сверло, на дорогой лазерный уровень, аккуратно стоящий на стиральной машине, и спросил:
— Это вы тут планировали полку повесить?
— Да, — сказал я.
Сантехник вздохнул. В его вздохе была многовековая мудрость людей, которые каждый день исправляют последствия чужого инженерного гения. Он вскрыл стену перфоратором (я даже не знал, что у него есть перфоратор), нашёл повреждённую трубу, заменил участок, заделал отверстие. Работа заняла полтора часа. Стоимость — пять тысяч рублей плюс материал.
— За соседей не переживайте, — сказал он, упаковывая инструмент. — Я им тоже все починю. За отдельную плату.
— А полка? — спросил я, глядя на зияющую дыру в стене.
— Какая полка? — сантехник посмотрел на меня, как на человека, который только что пробил трубу и теперь спрашивает про полку. — Полку вы теперь туда не повесите. Там заплатка. Сверлить нельзя.
— А как же?
— На жидкие гвозди приклейте. Она ж лёгкая. Стекло, три кронштейна. Жидкие гвозди выдержат. Не надо было сверлить вообще.
Я посмотрел на коробку с жидкими гвоздями, которые я тоже купил в магазине — на всякий случай, потому что системный подход требовал запаса. Они лежали рядом с дюбелями с бульдозером. Я заплатил сантехнику, внес предоплату за ремонт квартиры соседки, приклеил полку на жидкие гвозди. Полка встала ровно, красиво, без единого сверла. Лена поставила на неё шампуни, гели, баночки. Я смотрел на своё творение и чувствовал себя победителем. Не тем, который пробил трубу, а тем, который нашёл элегантное решение.
Ровно через неделю я зашёл в ванную и увидел полку, лежащую на полу. Шампуни и гели разлились, образовав на кафеле маслянистое озеро. Жидкие гвозди, как выяснилось, не любят влажность. Они отклеились ровно по периметру, оставив на стене два аккуратных следа, похожих на прощальный привет от производителя.
Лена вошла, посмотрела на разгром, потом на меня.
— Ты что, даже клеить нормально не умеешь?
— Я клеил по инструкции! — сказал я. — Там было написано: прижать на 30 секунд. Я прижимал минуту!
— Надо было прикрутить, — сказала Лена. — Но теперь уже нельзя, потому что труба.
— А что делать?
— Я сама сделаю.
Она ушла, а через час вернулась с коробкой. В коробке было настенное зеркало с полкой. Компактное, белое, с двумя полозьями и, главное, с уже готовыми отверстиями под саморезы. Лена взяла дрель, перекрыла воду в стояке на всякий случай (я даже не знал, что она умеет это делать), просверлила две дырки в новом месте — подальше от злополучной трубы, забила простые пластиковые дюбели, которые продаются в любом ларьке, и прикрутила зеркало. Всё это заняло двадцать минут.
Зеркало висит уже полгода. Оно не упало, не отклеилось и, кажется, даже не собирается. На его полке теперь стоят флаконы Лены, моя пена для бритья и зубная паста Мишки. А я каждый раз, заходя в ванную, смотрю на заплатку в стене, которую оставил после себя сантехник, и вспоминаю свой системный подход.
Я применил инженерный подход к полке, а полка применила ко мне гидроудар. Я потратил четыре тысячи на инструменты, пять на сантехника, три на ремонт соседке и полдня на героическую эпопею с водой. В результате теперь в ванной висит зеркало Лены, а я сантехникам должен за то, что они не смеялись мне в лицо, хотя очень хотелось.
Лена, кстати, когда вешала зеркало, спросила:
— А где твой лазерный уровень?
— В коробке, — сказал я.
— Дай сюда.
Я дал. Она приложила уровень, выровняла зеркало за три секунды, затянула саморезы и убрала уровень обратно в коробку. Теперь он лежит там рядом с дюбелями с бульдозером, водоотталкивающей смазкой и новыми насадками для шуруповёрта. Полный набор для следующего грандиозного проекта.
Я уже знаю, что когда Лена попросит повесить что-нибудь ещё, я скажу: «Дорогая, у тебя так здорово получается. Может, ты сама?» Она посмотрит на меня, вздохнёт и сделает. Потому что в нашем доме теперь есть только один системный менеджер по навесному оборудованию, и это не я.
Так-то.
Источник: rzhaka.mirtesen.ru
Комментарии: