Диктофон против наушников, или Холодная война в отдельно взятом подъезде
Юморные рассказы
— БАМ! БАМ! БАМ! — батарея вздрогнула, когда Коля чихнул. Он чихнул всего раз. Но соседка снизу, тётя Зина, ответила тремя ударами, от которых, казалось, пошла трещина по стене.
— У меня люстра дрожит! — донеслось сквозь пол.
Коля вздохнул. Это был уже сорок пятый стук за неделю. Тётя Зина не выносила ничего: ни его шагов, ни музыки, ни даже дыхания. Он ходил босиком — она стучала. Он включал телевизор на шестом делении — она стучала. Он лежал неподвижно и смотрел в потолок — она стучала для профилактики. «Чтобы вы знали, что я здесь», — объяснила она при личной встрече.
Коля купил толстые ковры. Перестал чихать — зажимал нос пальцами, пока однажды не посинел и не задохнулся бы, если вовремя не остановился бы. Ставил стаканы на салфетки, ходил на цыпочках, даже дышал через раз. Тётя Зина стучала громче.
Полиция, приехавшая по его вызову, послушала стук, пожала плечами и сказала: «Негромко. Это не нарушение. Учитесь жить в многоэтажке». Коля сидел на лестничной клетке и смотрел в стену. Ему казалось, что стучат не по батарее, а по его черепу.
А потом наступила тишина.
Целую неделю батарея молчала. Коля сначала не поверил, потом обрадовался, потом испугался. Тётя Зина не могла молчать. Она что, заболела? Уехала? Умерла?
Он спустился, постучал в её дверь. Открыла молодая женщина с чемоданом и с виноватым лицом.
— Мама уехала в санаторий. Нервы подлечить. Но перед отъездом… она записала на диктофон двести стуков, подключила через таймер к батарее. Это она для профилактики. Чтобы вы не расслаблялись.
— Диктофон? — Коля заглянул в квартиру. На батарее действительно висел маленький прибор, который в этот момент выдал очередное «БАМ!». — Она записала двести стуков и уехала?!
— Извините, — дочь забрала диктофон и уехала.
Коля впервые за полгода снял наушники, которые носил не снимая. Сходил в магазин босиком. Чихнул три раза подряд. Никто не постучал. Рай длился ровно месяц.
Тётя Зина вернулась. Загоревшая, отдохнувшая и полная решимости. Первый же стук был такой силы, что у Коли с полки упала кружка.
— Я слышу вас! — донеслось снизу.
Коля надел новые наушники с активным шумоподавлением, которые купил, пока её не было. Тётя Зина стучала час — он не слышал. Стучала два — он пил чай. Тогда она поднялась на этаж и начала колотить в его дверь.
Коля не открывал. Он вообще её не слышал.
На третий день тётя Зина вызвала полицию. Рыдая в трубку, она сообщила дежурному:
— Мой сосед сверху, кажется, умер! Я стучу ему третий день, а он не отзывается. Вскройте дверь!
Полиция приехала. Соседи собрались в коридоре. Тётя Зина стояла с мокрым носовым платком, указывала на дверь Коли и причитала:
— Там, наверное, уже… о-о-о… лежит, бедный!
Полицейские вызвали МЧС. Те приехали с болгаркой. За три минуты распилили замок, открыли дверь. И зашли.
Коля сидел на кухне. В наушниках. Пил чай. Нога на ногу. Читал книгу. Периодически беззвучно чихал.
— Молодой человек! — полицейский снял с него наушники.
— А? — Коля поднял глаза. — Что случилось?
— Вы живы?
— Вроде да. А что?
— Вам дверь вскрыли. По заявлению соседки снизу. Она думала, вы умерли.
Коля посмотрел на дверь. От неё осталась только дверная коробка и обрывки металла.
— Вы мне дверь сломали! — заорал он.
— Вы не открывали три дня! — закричала тётя Зина из коридора. — Я стучала, стучала! Думала, вы уже…
— Я в наушниках был! Я ничего не слышал!
— А почему вы не ответили? Я же волновалась!
— Вы волновались? — Коля встал. — Вы полгода стучали мне по батарее за каждый чих! Вы диктофон на батарею вешали, пока в санатории отдыхали! Вы меня довели до того, что я в наушниках живу! И вы волновались?!
Полицейский переводил взгляд с одного на другого, потом вздохнул, достал протокол и написал штраф тёте Зине за ложный вызов. Три тысячи рублей. Тётя Зина заплакала уже по-настоящему.
Дверь Коле починили за счёт государства — по странной случайности, это попало под статью о спасении граждан. Тётя Зина больше не стучит — боится нового штрафа. Но теперь она пишет жалобы в управляющую компанию: «Шумит тишиной». УК пожимает плечами, потому что «тишина — не шум».
На Новый год Коля купил тёте Зине тёплые тапки с надписью «Ступай тихо». Тапки она приняла, а в ответ подарила ему диктофон. Тот самый. С двухсотзаписью стуков.
Коля подумал и решил не обижаться. Он поставил диктофон на свою батарею, включил запись на полную громкость и уехал в отпуск на две недели. Тётя Зина, оставшись одна, слушала «БАМ! БАМ! БАМ!» из её же собственного репертуара, но уже сверху. Она звонила в полицию — у нее не принимали заявление, потому что «по вашей же жалобе ранее было установлено, что стук не является нарушением».
Теперь они живут в режиме холодной войны. Коля иногда включает диктофон для профилактики. Тётя Зина в ответ стучит шваброй по потолку, но тихо — чтобы не услышали соседи и не вызвали санитаров. Все остальные жильцы подъезда уже смирились и даже делают ставки, кто кого пересидит.
А Коля по ночам иногда снимает наушники и слушает тишину. И улыбается. Потому что тишина — это не отсутствие стука. Это отсутствие тёти Зины. Но до следующего лета ещё далеко.
Так-то.
— БАМ! БАМ! БАМ! — батарея вздрогнула, когда Коля чихнул. Он чихнул всего раз. Но соседка снизу, тётя Зина, ответила тремя ударами, от которых, казалось, пошла трещина по стене.
— У меня люстра дрожит! — донеслось сквозь пол.
Коля вздохнул. Это был уже сорок пятый стук за неделю. Тётя Зина не выносила ничего: ни его шагов, ни музыки, ни даже дыхания. Он ходил босиком — она стучала. Он включал телевизор на шестом делении — она стучала. Он лежал неподвижно и смотрел в потолок — она стучала для профилактики. «Чтобы вы знали, что я здесь», — объяснила она при личной встрече.
Коля купил толстые ковры. Перестал чихать — зажимал нос пальцами, пока однажды не посинел и не задохнулся бы, если вовремя не остановился бы. Ставил стаканы на салфетки, ходил на цыпочках, даже дышал через раз. Тётя Зина стучала громче.
Полиция, приехавшая по его вызову, послушала стук, пожала плечами и сказала: «Негромко. Это не нарушение. Учитесь жить в многоэтажке». Коля сидел на лестничной клетке и смотрел в стену. Ему казалось, что стучат не по батарее, а по его черепу.
А потом наступила тишина.
Целую неделю батарея молчала. Коля сначала не поверил, потом обрадовался, потом испугался. Тётя Зина не могла молчать. Она что, заболела? Уехала? Умерла?
Он спустился, постучал в её дверь. Открыла молодая женщина с чемоданом и с виноватым лицом.
— Мама уехала в санаторий. Нервы подлечить. Но перед отъездом… она записала на диктофон двести стуков, подключила через таймер к батарее. Это она для профилактики. Чтобы вы не расслаблялись.
— Диктофон? — Коля заглянул в квартиру. На батарее действительно висел маленький прибор, который в этот момент выдал очередное «БАМ!». — Она записала двести стуков и уехала?!
— Извините, — дочь забрала диктофон и уехала.
Коля впервые за полгода снял наушники, которые носил не снимая. Сходил в магазин босиком. Чихнул три раза подряд. Никто не постучал. Рай длился ровно месяц.
Тётя Зина вернулась. Загоревшая, отдохнувшая и полная решимости. Первый же стук был такой силы, что у Коли с полки упала кружка.
— Я слышу вас! — донеслось снизу.
Коля надел новые наушники с активным шумоподавлением, которые купил, пока её не было. Тётя Зина стучала час — он не слышал. Стучала два — он пил чай. Тогда она поднялась на этаж и начала колотить в его дверь.
Коля не открывал. Он вообще её не слышал.
На третий день тётя Зина вызвала полицию. Рыдая в трубку, она сообщила дежурному:
— Мой сосед сверху, кажется, умер! Я стучу ему третий день, а он не отзывается. Вскройте дверь!
Полиция приехала. Соседи собрались в коридоре. Тётя Зина стояла с мокрым носовым платком, указывала на дверь Коли и причитала:
— Там, наверное, уже… о-о-о… лежит, бедный!
Полицейские вызвали МЧС. Те приехали с болгаркой. За три минуты распилили замок, открыли дверь. И зашли.
Коля сидел на кухне. В наушниках. Пил чай. Нога на ногу. Читал книгу. Периодически беззвучно чихал.
— Молодой человек! — полицейский снял с него наушники.
— А? — Коля поднял глаза. — Что случилось?
— Вы живы?
— Вроде да. А что?
— Вам дверь вскрыли. По заявлению соседки снизу. Она думала, вы умерли.
Коля посмотрел на дверь. От неё осталась только дверная коробка и обрывки металла.
— Вы мне дверь сломали! — заорал он.
— Вы не открывали три дня! — закричала тётя Зина из коридора. — Я стучала, стучала! Думала, вы уже…
— Я в наушниках был! Я ничего не слышал!
— А почему вы не ответили? Я же волновалась!
— Вы волновались? — Коля встал. — Вы полгода стучали мне по батарее за каждый чих! Вы диктофон на батарею вешали, пока в санатории отдыхали! Вы меня довели до того, что я в наушниках живу! И вы волновались?!
Полицейский переводил взгляд с одного на другого, потом вздохнул, достал протокол и написал штраф тёте Зине за ложный вызов. Три тысячи рублей. Тётя Зина заплакала уже по-настоящему.
Дверь Коле починили за счёт государства — по странной случайности, это попало под статью о спасении граждан. Тётя Зина больше не стучит — боится нового штрафа. Но теперь она пишет жалобы в управляющую компанию: «Шумит тишиной». УК пожимает плечами, потому что «тишина — не шум».
На Новый год Коля купил тёте Зине тёплые тапки с надписью «Ступай тихо». Тапки она приняла, а в ответ подарила ему диктофон. Тот самый. С двухсотзаписью стуков.
Коля подумал и решил не обижаться. Он поставил диктофон на свою батарею, включил запись на полную громкость и уехал в отпуск на две недели. Тётя Зина, оставшись одна, слушала «БАМ! БАМ! БАМ!» из её же собственного репертуара, но уже сверху. Она звонила в полицию — у нее не принимали заявление, потому что «по вашей же жалобе ранее было установлено, что стук не является нарушением».
Теперь они живут в режиме холодной войны. Коля иногда включает диктофон для профилактики. Тётя Зина в ответ стучит шваброй по потолку, но тихо — чтобы не услышали соседи и не вызвали санитаров. Все остальные жильцы подъезда уже смирились и даже делают ставки, кто кого пересидит.
А Коля по ночам иногда снимает наушники и слушает тишину. И улыбается. Потому что тишина — это не отсутствие стука. Это отсутствие тёти Зины. Но до следующего лета ещё далеко.
Так-то.
Источник: prikolisti.mirtesen.ru
министерство по делам гражданской обороны чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (мчс)
Комментарии: