Новая жизнь
Animals
Когда Юля отворачивалась, он замахивался на пса глянцевым журналом и шептал: «Уйди, недоразумение».
Риччи терпел. Воспитанные корги не опускаются до драк с проходимцами…
С точки зрения Риччи, симпатичного корги с безупречной родословной и королевской осанкой, мир людей отличался неоправданной сложностью.
И сложность эта скрывалась за длинными речами, в которых смысл прятался за витиеватыми оборотами.
У собак вежливое обнюхивание говорит о вас и вашем собеседнике гораздо больше, чем слова. Да, запахи не врут.
Риччи сидел на новом, еще пахнущем фабричной пропиткой ламинате четырнадцатого этажа и размышлял о жизни…
Утро встретило их с Юлей надоедливым гулом перфораторов, который Риччи классифицировал как «песнь безумных железных дятлов».
Найти эту квартиру Юле стоило трех недель красных от недосыпа глаз и десятков телефонных звонков, в которых на том конце провода, едва услышав слово «собака», сухо отвечали отказом, будто Юля пыталась заселить в студию взрослого бегемота.
Но Риччи знал: его невеликий рост и пушистая попа никак не могли угрожать бетонным стенам. Просто люди мыслят стереотипами и опасаются собак.
Юля была хорошей. Маленькая, кудрявая, как весеннее облако на рассвете, она состояла из звонкого смеха и запаха шоколадного печенья.
Правда, последние полгода ее смех стал чуть менее веселым. И виной тому был Сережа…
Сережа пах дорогим одеколоном, не столь дорогим коньяком и тем особым, едва уловимым терпким запахом лжи, который Риччи чувствовал мгновенно.
Сережа умел красиво говорить. Его голос лился, как теплый мед, он обещал Юле луну, звезды и подписку на стриминговые сервисы, но Риччи этот мелодичный баритон никогда не обманывал.
Пес знал: когда Юля отворачивалась, Сережа смотрит на его короткие лапы с брезгливостью человека, наступившего в лужу чего-нибудь не слишком аппетитного.
Он шипел, точно раскаленная сковородка с маслом, замахивался глянцевым журналом и шептал: «Уйди, недоразумение».
Риччи терпел. Воспитанные корги не опускаются до драк с проходимцами.
А Сережа был именно проходимцем:
— Малышка, ты же знаешь, что у меня талант к инвестированию. Нужно только вложиться в один интересный проектик...
Да, Сережа обожал уменьшительно-ласкательные формы слов, отчего его речи казались Риччи еще более мерзопакостными.
К сожалению, Сережа уже почти чувствовал себя хозяином в Юлиной квартире, хоть ни рублем не скидывался на арендную плату.
— Тут неплохо бы ширмочку поставить, а тут очень миленько бы смотрелся столик со стеклянной крышкой, — по-хозяйски прикидывал Сережа, пока Юля подливала ему кофе в чашку.
*****
По правде сказать, Риччи знал, что рано или поздно Сережа попадется. Ну, не может Юля вечно не замечать дурной характер возлюбленного и его дурацкие выходки! Об интеллектуальных способностях Сережи пес тоже был невысокого мнения.
Чутье не подвело… А когда оно подводило?
Месяц назад Сережа, уверенный, что Юля принимает душ, разошелся больше обычного. Он решил кое с кем пообщаться по телефону:
— Да, малышка, могу говорить. Юлька моется...
А дальше последовали такие слова, что Риччи от возмущения засопел и вцепился в Сережин халат.
— Отстань, шавка! Надо бы уже тебя на живодерню отвести... Нет-нет, милая, это я не тебе...
В общем, увлекся Сережа разговорами и пропустил кое-что важное – Юля из ванной уже вышла. Она стояла в дверях и слышала все.
Риччи, конечно, о присутствии хозяйки знал – от его тонкого слуха тихие шаги в коридоре не ускользнули. Будем честны, он даже слегка преувеличил драматичность сцены, изобразив праведный гнев.
Юля, конечно, тут же вмешалась. А Сережа совершил вторую ошибку – попытался во всем обвинить Риччи. Такую несправедливость хозяйка проигнорировать уже никак не могла.
— Не глупи! Это просто увлечение, — бормотал Сережа, когда Юля выставляла его за дверь. — Ну, куда ты без меня, дуреха?
Это была ошибка номер три. Фатальная!
В тот вечер Юля плакала, рассматривая фотографии в телефоне, а Риччи сидел рядом и преданно подставлял под ее слезы рыжую макушку.
Он чувствовал гордость за свою кудрявую хозяйку – она наконец-то приняла важное решение. И теперь они уж точно заживут по-новому…
*****
Следующие две недели Сережа пытался исполнить партию «раскаявшегося грешника».
Его звонки разрывали Юлин телефон, а у дверей пару раз появлялись курьеры с безвкусными букетами, в которых прятались записки с извинениями. Длинные, липкие фразы, звучащие, по мнению Риччи, просто ужасно.
Однако Риччи серьезно опасался рецидива. Человеческая память – штука хрупкая, она имеет свойство стирать плохое…
Каждый раз, когда Юля подолгу смотрела на экран смартфона, Риччи подходил, тяжело вздыхал и деликатно трогал ее лапой за щиколотку:
«Помни про тот звонок, дорогая, — напоминал он всем своим видом. — Помни про тот звонок».
На исходе третьей недели Сережа позвонил опять. Уже по началу разговора Риччи догадался, что тот не вполне трезв. Начал мерзавец с извинений, а потом присовокупил вот что:
— Но ты и сама виновата! Святую только из себя не строй! Ты совсем перестала мне внимание уделять...
Юля медленно опустила телефон на колени. Риччи приготовился к очередной порции слез, но случилось странное.
Юля сделала глубокий вдох, ее плечи опустились, а губы будто расслабились. В глазах ее засверкала смесь легкой девичьей тоски по несбывшемуся и огромного, звенящего облегчения.
— Ну надо же, — тихо сказала она. — Какое же он ничтожество...
Риччи одобрительно вильнул хвостом. Хорошо, когда неприятная в целом ситуация имеет благотворное действие.
Хозяйка держалась из последних сил, едва не простила негодяя, но... Сережа очень вовремя показал свое истинное лицо.
*****
Если Сережа до поры до времени гипнотически влиял на Юлю, то новый сосед по лестничной клетке пугал ее до икоты. Звали его Александр.
Александр был похож на скалу, которую кто-то по ошибке одел в черное оверсайз-худи. Высокий, широкоплечий, с вечно хмурыми бровями и трехдневной щетиной, он передвигался по лестнице с суровостью ледокола.
Говорил он исключительно низким, рокочущим басом, который заставлял Риччи вспоминать звуки грозы в деревне.
Юля при встрече с ним в лифте вжимала голову в плечи и здоровалась таким тонким голоском, будто ее только что ужалила оса.
Риччи же, как существо прагматичное, оценивал Александра иначе. От соседа пахло хорошим табаком, кожей, качественным кормом премиум-класса и... полным отсутствием агрессии.
Сильные мужчины редко бывают жестокими – это Риччи знал по опыту общения с мастифами. Но Юля с мастифами не общалась, потому старалась Александру на глаза лишний раз не попадаться.
Истина открылась ей в субботу вечером на пустыре за домом…
Октябрьский ветер кружил палую листву, когда Юля и Риччи вышли на вечернюю прогулку. Из-за кустов сирени показался Александр.
Юля уже потянула Риччи за поводок назад, как вдруг произошло интересное.
Он присел на корточки – и в этот момент из-под его огромной куртки вынырнуло нечто. Это была микроскопическая гладкошерстная той-терьерша в ярко-розовом вязаном свитере с капюшоном.
Александр, уверенный, что на пустыре никого нет, полностью сбросил свою маску сурового викинга. Его лицо разгладилось, а голос, этот грозный бас, вдруг опустился до совершенно невозможного, сентиментального воркования:
— Ну, кто у нас такая мерзлячка? Моя маленькая Диночка? Кто хочет вкусняшку? Папа сейчас кое-кого угостит сушеным легким... Надень капюшон, лапа, уши простудишь.
Он аккуратно, двумя огромными пальцами, поправил розовый капюшон на крошечной голове собаки и поцеловал ее прямо в мокрый нос.
Юля за кустом тихонько ойкнула от избытка чувств. Александр мгновенно обернулся. Его хмурые брови попытались вернуться на место, но было поздно – секрет брутального соседа был раскрыт.
Он густо, по-детски покраснел, подхватил Дину на руки, как хрустальную вазу, и выдавил:
— Вечер добрый. Мы... мы уже уходим.
— Да нет, что вы, стойте! — Юля впервые не испугалась, а весело рассмеялась своим прежним, хрустальным смехом. — Она у вас просто прелесть!
Дина из своего розового плена кокетливо посмотрела на Риччи. Риччи сделал один шаг вперед и вежливо приподнял хвост.
«Неплохой экстерьер для карманного формата», — решил он.
*****
Человеческие дома нынче строятся быстро, но электропроводка в них живет по своим законам, не всегда памятуя о здравом смысле.
В среду вечером в гостиной у Юли случилось нечто удивительное. Роскошная, совсем новенькая люстра вдруг вообразила себя новогодней гирляндой и задорно замигала всеми тремя лампочками.
Юля попробовала выключить и включить снова – ноль эффекта. Вздохнув, она набралась смелости, оделась и пошла звонить в тридцать вторую квартиру.
Дверь открыл Александр в неизменной черной футболке. В его руке был гаечный ключ, что сразу внушало уважение. Когда встречаешь человека с этой штукой, поневоле прислушиваешься к его словам чуточку внимательнее.
— Извините, пожалуйста... Александр, верно? У меня там... люстра мигает. Вы случайно не знаете, как вызвать электрика? А то я в электричестве вообще ничего не понимаю.
Сосед кивнул:
— Сейчас посмотрим.
Ушел на секунду и вернулся с чемоданчиком инструментов. Дина семенила за ним.
Следующие двадцать минут Риччи наблюдал за классической немой сценой.
Александр стоял на стремянке, его огромная спина закрывала весь обзор, а Юля стояла внизу, подсвечивая ему фонариком от телефона и отчаянно пытаясь скрыть смущение.
Они молчали. Но это было не то тяжелое, липкое молчание, которое бывало при Сереже. Это было молчание двух людей, которые боятся спугнуть что-то важное.
— Все, — наконец подал голос Александр. — Можно включать.
Гостиную мгновенно залило ярким, ровным светом.
Он спустился со стремянки, и Юля увидела, как он неловко переминается с ноги на ногу.
— Спасибо вам огромное! — Юля улыбнулась. — Вы меня просто спасли. Может... чаю? У меня есть мятный и печенье. Хотите шоколадного?
Александр посмотрел на Юлю, потом вниз – на Риччи, который сидел с видом судебного пристава, и вдруг улыбнулся. Эта улыбка совершенно преобразила лицо мужчины, сделав его удивительно мягким, открытым и... очень красивым.
— От чая не откажусь. Только если Дине тоже можно с нами посидеть.
*****
Через полчаса кухня Юли напоминала штаб-квартиру ООН по вопросам межвидовой дипломатии. На столе дымились две большие кружки с мятой и чабрецом, а внизу разворачивался свой, не менее важный сюжет…
Дина, освобожденная от розового свитера, оказалась весьма грациозной особой. Она аккуратно обнюхала Риччину миску, затем подошла к самому корги.
Риччи, сохраняя статус королевского пемброка, не сдвинулся ни на миллиметр, но позволил ей коснуться крошечным носом своего пушистого уха.
«Ладно, — подумал он, — в этой квартире достаточно места для двоих. Особенно если ее хозяин умеет чинить люстры».
А за столом люди наконец-то нашли общий язык. Выяснилось, что Александр – инженер-конструктор, который терпеть не может шумные компании, зато обожает фантастику и мечтает завести второго пса, побольше, но «боялся Дину испугать».
Юля взахлеб рассказывала про свои кулинарные неудачи в новой духовке и смеялась так, что ее кудряшки забавно прыгали.
— А давайте завтра... погуляем вместе? — тихо, но уверенно спросил Александр, глядя Юле прямо в глаза. — В парке за рекой. Там как раз листья красиво падают. Дина покажет Риччи лучшие беличьи тропы.
— Давайте, — Юля смущенно опустила глаза, но румянец выдавал ее с головой.
Риччи лежал под столом, положив подбородок на лапы. Он смотрел на Дину и думал о том, что большой город – это вовсе не хаос. Это огромная коробка с сюрпризами.
Иногда она отводит от тебя ненужное, гасит свет в гостиной и заставляет звонить в чужие двери. И все это только ради одного – чтобы два одиноких двуногих и две совершенно разные собаки наконец-то нашли что-то важное…
Автор ВЛАДИМИР МАТВЕЕВСКИЙ
Когда Юля отворачивалась, он замахивался на пса глянцевым журналом и шептал: «Уйди, недоразумение».
Риччи терпел. Воспитанные корги не опускаются до драк с проходимцами…
С точки зрения Риччи, симпатичного корги с безупречной родословной и королевской осанкой, мир людей отличался неоправданной сложностью.
И сложность эта скрывалась за длинными речами, в которых смысл прятался за витиеватыми оборотами.
У собак вежливое обнюхивание говорит о вас и вашем собеседнике гораздо больше, чем слова. Да, запахи не врут.
Риччи сидел на новом, еще пахнущем фабричной пропиткой ламинате четырнадцатого этажа и размышлял о жизни…
Утро встретило их с Юлей надоедливым гулом перфораторов, который Риччи классифицировал как «песнь безумных железных дятлов».
Найти эту квартиру Юле стоило трех недель красных от недосыпа глаз и десятков телефонных звонков, в которых на том конце провода, едва услышав слово «собака», сухо отвечали отказом, будто Юля пыталась заселить в студию взрослого бегемота.
Но Риччи знал: его невеликий рост и пушистая попа никак не могли угрожать бетонным стенам. Просто люди мыслят стереотипами и опасаются собак.
Юля была хорошей. Маленькая, кудрявая, как весеннее облако на рассвете, она состояла из звонкого смеха и запаха шоколадного печенья.
Правда, последние полгода ее смех стал чуть менее веселым. И виной тому был Сережа…
Сережа пах дорогим одеколоном, не столь дорогим коньяком и тем особым, едва уловимым терпким запахом лжи, который Риччи чувствовал мгновенно.
Сережа умел красиво говорить. Его голос лился, как теплый мед, он обещал Юле луну, звезды и подписку на стриминговые сервисы, но Риччи этот мелодичный баритон никогда не обманывал.
Пес знал: когда Юля отворачивалась, Сережа смотрит на его короткие лапы с брезгливостью человека, наступившего в лужу чего-нибудь не слишком аппетитного.
Он шипел, точно раскаленная сковородка с маслом, замахивался глянцевым журналом и шептал: «Уйди, недоразумение».
Риччи терпел. Воспитанные корги не опускаются до драк с проходимцами.
А Сережа был именно проходимцем:
— Малышка, ты же знаешь, что у меня талант к инвестированию. Нужно только вложиться в один интересный проектик...
Да, Сережа обожал уменьшительно-ласкательные формы слов, отчего его речи казались Риччи еще более мерзопакостными.
К сожалению, Сережа уже почти чувствовал себя хозяином в Юлиной квартире, хоть ни рублем не скидывался на арендную плату.
— Тут неплохо бы ширмочку поставить, а тут очень миленько бы смотрелся столик со стеклянной крышкой, — по-хозяйски прикидывал Сережа, пока Юля подливала ему кофе в чашку.
*****
По правде сказать, Риччи знал, что рано или поздно Сережа попадется. Ну, не может Юля вечно не замечать дурной характер возлюбленного и его дурацкие выходки! Об интеллектуальных способностях Сережи пес тоже был невысокого мнения.
Чутье не подвело… А когда оно подводило?
Месяц назад Сережа, уверенный, что Юля принимает душ, разошелся больше обычного. Он решил кое с кем пообщаться по телефону:
— Да, малышка, могу говорить. Юлька моется...
А дальше последовали такие слова, что Риччи от возмущения засопел и вцепился в Сережин халат.
— Отстань, шавка! Надо бы уже тебя на живодерню отвести... Нет-нет, милая, это я не тебе...
В общем, увлекся Сережа разговорами и пропустил кое-что важное – Юля из ванной уже вышла. Она стояла в дверях и слышала все.
Риччи, конечно, о присутствии хозяйки знал – от его тонкого слуха тихие шаги в коридоре не ускользнули. Будем честны, он даже слегка преувеличил драматичность сцены, изобразив праведный гнев.
Юля, конечно, тут же вмешалась. А Сережа совершил вторую ошибку – попытался во всем обвинить Риччи. Такую несправедливость хозяйка проигнорировать уже никак не могла.
— Не глупи! Это просто увлечение, — бормотал Сережа, когда Юля выставляла его за дверь. — Ну, куда ты без меня, дуреха?
Это была ошибка номер три. Фатальная!
В тот вечер Юля плакала, рассматривая фотографии в телефоне, а Риччи сидел рядом и преданно подставлял под ее слезы рыжую макушку.
Он чувствовал гордость за свою кудрявую хозяйку – она наконец-то приняла важное решение. И теперь они уж точно заживут по-новому…
*****
Следующие две недели Сережа пытался исполнить партию «раскаявшегося грешника».
Его звонки разрывали Юлин телефон, а у дверей пару раз появлялись курьеры с безвкусными букетами, в которых прятались записки с извинениями. Длинные, липкие фразы, звучащие, по мнению Риччи, просто ужасно.
Однако Риччи серьезно опасался рецидива. Человеческая память – штука хрупкая, она имеет свойство стирать плохое…
Каждый раз, когда Юля подолгу смотрела на экран смартфона, Риччи подходил, тяжело вздыхал и деликатно трогал ее лапой за щиколотку:
«Помни про тот звонок, дорогая, — напоминал он всем своим видом. — Помни про тот звонок».
На исходе третьей недели Сережа позвонил опять. Уже по началу разговора Риччи догадался, что тот не вполне трезв. Начал мерзавец с извинений, а потом присовокупил вот что:
— Но ты и сама виновата! Святую только из себя не строй! Ты совсем перестала мне внимание уделять...
Юля медленно опустила телефон на колени. Риччи приготовился к очередной порции слез, но случилось странное.
Юля сделала глубокий вдох, ее плечи опустились, а губы будто расслабились. В глазах ее засверкала смесь легкой девичьей тоски по несбывшемуся и огромного, звенящего облегчения.
— Ну надо же, — тихо сказала она. — Какое же он ничтожество...
Риччи одобрительно вильнул хвостом. Хорошо, когда неприятная в целом ситуация имеет благотворное действие.
Хозяйка держалась из последних сил, едва не простила негодяя, но... Сережа очень вовремя показал свое истинное лицо.
*****
Если Сережа до поры до времени гипнотически влиял на Юлю, то новый сосед по лестничной клетке пугал ее до икоты. Звали его Александр.
Александр был похож на скалу, которую кто-то по ошибке одел в черное оверсайз-худи. Высокий, широкоплечий, с вечно хмурыми бровями и трехдневной щетиной, он передвигался по лестнице с суровостью ледокола.
Говорил он исключительно низким, рокочущим басом, который заставлял Риччи вспоминать звуки грозы в деревне.
Юля при встрече с ним в лифте вжимала голову в плечи и здоровалась таким тонким голоском, будто ее только что ужалила оса.
Риччи же, как существо прагматичное, оценивал Александра иначе. От соседа пахло хорошим табаком, кожей, качественным кормом премиум-класса и... полным отсутствием агрессии.
Сильные мужчины редко бывают жестокими – это Риччи знал по опыту общения с мастифами. Но Юля с мастифами не общалась, потому старалась Александру на глаза лишний раз не попадаться.
Истина открылась ей в субботу вечером на пустыре за домом…
Октябрьский ветер кружил палую листву, когда Юля и Риччи вышли на вечернюю прогулку. Из-за кустов сирени показался Александр.
Юля уже потянула Риччи за поводок назад, как вдруг произошло интересное.
Он присел на корточки – и в этот момент из-под его огромной куртки вынырнуло нечто. Это была микроскопическая гладкошерстная той-терьерша в ярко-розовом вязаном свитере с капюшоном.
Александр, уверенный, что на пустыре никого нет, полностью сбросил свою маску сурового викинга. Его лицо разгладилось, а голос, этот грозный бас, вдруг опустился до совершенно невозможного, сентиментального воркования:
— Ну, кто у нас такая мерзлячка? Моя маленькая Диночка? Кто хочет вкусняшку? Папа сейчас кое-кого угостит сушеным легким... Надень капюшон, лапа, уши простудишь.
Он аккуратно, двумя огромными пальцами, поправил розовый капюшон на крошечной голове собаки и поцеловал ее прямо в мокрый нос.
Юля за кустом тихонько ойкнула от избытка чувств. Александр мгновенно обернулся. Его хмурые брови попытались вернуться на место, но было поздно – секрет брутального соседа был раскрыт.
Он густо, по-детски покраснел, подхватил Дину на руки, как хрустальную вазу, и выдавил:
— Вечер добрый. Мы... мы уже уходим.
— Да нет, что вы, стойте! — Юля впервые не испугалась, а весело рассмеялась своим прежним, хрустальным смехом. — Она у вас просто прелесть!
Дина из своего розового плена кокетливо посмотрела на Риччи. Риччи сделал один шаг вперед и вежливо приподнял хвост.
«Неплохой экстерьер для карманного формата», — решил он.
*****
Человеческие дома нынче строятся быстро, но электропроводка в них живет по своим законам, не всегда памятуя о здравом смысле.
В среду вечером в гостиной у Юли случилось нечто удивительное. Роскошная, совсем новенькая люстра вдруг вообразила себя новогодней гирляндой и задорно замигала всеми тремя лампочками.
Юля попробовала выключить и включить снова – ноль эффекта. Вздохнув, она набралась смелости, оделась и пошла звонить в тридцать вторую квартиру.
Дверь открыл Александр в неизменной черной футболке. В его руке был гаечный ключ, что сразу внушало уважение. Когда встречаешь человека с этой штукой, поневоле прислушиваешься к его словам чуточку внимательнее.
— Извините, пожалуйста... Александр, верно? У меня там... люстра мигает. Вы случайно не знаете, как вызвать электрика? А то я в электричестве вообще ничего не понимаю.
Сосед кивнул:
— Сейчас посмотрим.
Ушел на секунду и вернулся с чемоданчиком инструментов. Дина семенила за ним.
Следующие двадцать минут Риччи наблюдал за классической немой сценой.
Александр стоял на стремянке, его огромная спина закрывала весь обзор, а Юля стояла внизу, подсвечивая ему фонариком от телефона и отчаянно пытаясь скрыть смущение.
Они молчали. Но это было не то тяжелое, липкое молчание, которое бывало при Сереже. Это было молчание двух людей, которые боятся спугнуть что-то важное.
— Все, — наконец подал голос Александр. — Можно включать.
Гостиную мгновенно залило ярким, ровным светом.
Он спустился со стремянки, и Юля увидела, как он неловко переминается с ноги на ногу.
— Спасибо вам огромное! — Юля улыбнулась. — Вы меня просто спасли. Может... чаю? У меня есть мятный и печенье. Хотите шоколадного?
Александр посмотрел на Юлю, потом вниз – на Риччи, который сидел с видом судебного пристава, и вдруг улыбнулся. Эта улыбка совершенно преобразила лицо мужчины, сделав его удивительно мягким, открытым и... очень красивым.
— От чая не откажусь. Только если Дине тоже можно с нами посидеть.
*****
Через полчаса кухня Юли напоминала штаб-квартиру ООН по вопросам межвидовой дипломатии. На столе дымились две большие кружки с мятой и чабрецом, а внизу разворачивался свой, не менее важный сюжет…
Дина, освобожденная от розового свитера, оказалась весьма грациозной особой. Она аккуратно обнюхала Риччину миску, затем подошла к самому корги.
Риччи, сохраняя статус королевского пемброка, не сдвинулся ни на миллиметр, но позволил ей коснуться крошечным носом своего пушистого уха.
«Ладно, — подумал он, — в этой квартире достаточно места для двоих. Особенно если ее хозяин умеет чинить люстры».
А за столом люди наконец-то нашли общий язык. Выяснилось, что Александр – инженер-конструктор, который терпеть не может шумные компании, зато обожает фантастику и мечтает завести второго пса, побольше, но «боялся Дину испугать».
Юля взахлеб рассказывала про свои кулинарные неудачи в новой духовке и смеялась так, что ее кудряшки забавно прыгали.
— А давайте завтра... погуляем вместе? — тихо, но уверенно спросил Александр, глядя Юле прямо в глаза. — В парке за рекой. Там как раз листья красиво падают. Дина покажет Риччи лучшие беличьи тропы.
— Давайте, — Юля смущенно опустила глаза, но румянец выдавал ее с головой.
Риччи лежал под столом, положив подбородок на лапы. Он смотрел на Дину и думал о том, что большой город – это вовсе не хаос. Это огромная коробка с сюрпризами.
Иногда она отводит от тебя ненужное, гасит свет в гостиной и заставляет звонить в чужие двери. И все это только ради одного – чтобы два одиноких двуногих и две совершенно разные собаки наконец-то нашли что-то важное…
Автор ВЛАДИМИР МАТВЕЕВСКИЙ
Источник: prikolisti.mirtesen.ru
Комментарии: